Откровения кумира. Интервью с Анастасией Заворотнюк

18 ноября 2007

 

Анастасия Заворотнюк – известная, любимая зрителями актриса, снявшаяся во многих фильмах, в том числе, в фильме о прекрасной няне – прибыла в редакцию информационного агентства Джинса рано утром. Договариваясь с ней об интервью, я был уверен, что Анастасия откажется, так как поговаривают, что она интервью не дает, и, по слухам, прессу совсем не жалует. Но она согласилась. Анастасия Заворотнюк была в прекрасном расположении духа и говорила просто потрясающие вещи о себе и о современном положении дел в кино и кинематографе.

- Анастасия, во-первых, спасибо, что оказали честь дать интервью нашему изданию. Мы знаем Вас по очень многим кинофильмам и другим работам. Поэтому первый вопрос напрашивается сам собой. Кто Вы? Вы – актриса?

- Да, я актриса.

- И, насколько мы понимаем, Вы снимаетесь в кино?

- Совершенно верно. Я снимаюсь в кино.

- Возможно, следующий вопрос вам покажется наивным, но, тем не менее, хотелось бы уточнить. Раз Вы снимаетесь в кино, значит, вы наверняка там играете какие-то роли? Просто, насколько нам известно, кино создается различными людьми. Это и режиссёры, и операторы, и костюмеры. А Вы там, получается, не оператор и не режиссёр, а играете какую-то роль, скорее всего, верно?

- Да. Вы правы. Когда я снимаюсь в кино, я не являюсь оператором либо режиссёром. Хотя когда создается кино – оно создается совместно всей съемочной группой. Это как рождение чего-то нового – каждый к этому прикладывается. Но при этом заслуга каждого очень важна. Так и я, не являясь оператором или сценаристом, тем не менее, я, как актриса, создаю определенный образ на экране. И это для зрителя тоже чрезвычайно важно.

- Спасибо. А какие роли Вы сыграли в своих последних фильмах?

- Это были различные фильмы. Но, хочу подчеркнуть, что это скорее не роли, а образы. Понимаете, когда актёр выходит на съемочную площадку и остаётся один на один с телезрителем, это для него больше, чем роль. И именно так я и живу. То есть, искусство – она всегда превыше.

- Часто ли каскадёрам приходится заменять Вас на съёмочной площадке?

- Отнюдь. Если необходим трюк, то работает каскадёр. Но когда речь идёт о сцене – её я выполняю самостоятельно.

- В одном интервью «Российской газете» Вы как-то сказали, что современный кинематограф эгоцентричен. Можно ли это понимать в том смысле, что в современном кино всё просчитано заранее?

- Мне трудно ответить на этот вопрос. Потому что если сравнивать с тем, же Голливудом, то там, скажем, есть Арнольд Шварценеггер и есть Том Круз. Но при этом нет Олега Меньшикова или вашей покорной слуги. То есть, у нас ситуация обратная. Поэтому любые сравнения будут не корректны.

- А как же тогда Дэвид Бекхэм?

- Так, а он и не актёр вовсе.

- Хорошо. Допустим. А если бы Вас пригласил сняться в своей картине кто-нибудь из знаменитых режиссёров современности, скажем из того же Голливуда, Вы бы согласились?

- Я думаю, что да.

- То есть, Вы бы стали у него сниматься?

- Несомненно.

- А если бы он поставил условие, что Вы либо снимаетесь у него, либо нет?

- Тогда бы я, наверное, пошла ва-банк.

- Если можно, хотелось бы немного отвлечься от темы кинематографа и задать пару личных вопросов. Например, нашим читателям очень интересно, что для Вас любовь. И как Вы для себя позиционируете это понятие?

- Спасибо за вопрос. Это действительно очень важно для меня. Хотя обо мне порой и складывается стереотип по сериалу "Прекрасная няня". Тем не менее, я вам отвечу. 5 лет назад со мной произошла фантастическая история. Я встретила человека, с которым мы не виделись очень давно. Просто очень давно. Была ли это любовь – спросите вы. Я не знаю. Но об этой встрече я помню до сих пор. И если говорить о любви, то, по моему мнению, совершенно неважно кто мы, неважно, где мы. Важно лишь, чтобы в нас была… как бы это выразиться… некая основа. Наверное, вот это, возможно, и есть любовь. Хотя я могу ошибаться.

- А почему Вы решили стать актрисой?

- Не знаю. Но это был мой выбор.

- Вы так решили?

- Да.

- Что Вы чувствуете, забираясь высоко в горы?

- Мне это близко.

- Тогда почему Вы – народная артистка России – ни разу не прыгнули с парашютом?

- Мне уже задавали этот вопрос после премьеры «Прекрасной няни». Тогда я сказала, что высота для меня вторична. И я лучше буду что-то делать на земле – для людей, для зрителей, нежели прыгать с высоты и забывать о мирских проблемах. Но сегодня я хочу сказать, что на данном этапе своей творческой жизни я готова прыгнуть с парашютом.

- Когда к Вам пришло это понимание?

- Сейчас уже не вспомню точно. Наверное, после того, как услышала слова Иосифа Кобзона о тщетности бытия. Тогда во мне многое всколыхнулось, и я пересмотрела свои взгляды на окружающий мир.

- Готовы ли Вы сегодня присягнуть на алтарь современного искусства вообще и кинематографа в частности? Не станет ли Ваше сегодняшнее движение от кинофильма к кинофильму бренной ношей, которую Вы, неся через пространство культурного пласта современной России, возложите на свои хрупкие плечи ради образа и ради зрителя? Готовы ли вы к новым этапам кинематографической и театральной ступени в своей жизни, которая возможно отзовётся Вам сторицей? Согласитесь ли Вы с этим?

- Да.

 

Михаил Барсуков