Ледовые королевы

декабрь 2009

 

"LЁD" №12, декабрь 2009 • Анастасия Заворотнюк

Артистка Анастасия Заворотнюк и фигуристка Ирина Слуцкая работают вместе второй год. Сначала по разные стороны ледового поля, сейчас в одной команде ведущих «Ледникового периода». Их дуэт был для всех неожиданностью, но Илья Авербух снова оказался прав, поставив в пару две противоположности.

- Почему вы согласились быть ведущей шоу? Были ли какие-то сомнения по этому поводу?

- Я пришла на «Ледниковый период с аналогичного проекта на РТР. Предложение Первого канала я приняла потому, что это шоу не может не нравиться, оно приковывает внимание; ты в восторге каждую секунду, и каждый раз немного причастен к тому чуду, которое рождается на льду.

- С какими неожиданными для себя сложностями вы столкнулись в этой работе?

- Отработав два года в другом проекте, я видела, как ребята падают и получают травмы. И четко осознала, насколько это травматичный вид спорта. Я никогда не стояла на коньках, но подписала контракт и не могла подвести Илью Авербуха. А страх могу преодолевать, когда есть жесткая мотивация. В этом году я уже не испытываю панического страха оставаться на льду одна.

- Ваши близкие участвуют в создании образа ведущей?

- Да, обязательно. Мы отсматриваем платья, Петя даже что-то привозит сам. После своего проката он остается со мной и подсказывает вопросы, реплики. Дети могут дать какие-то советы. Но, как правило, у них замечаний немного. Может, им просто все нравится?

- Вы всегда работаете по сценарию, или бывают моменты импровизации?

- Сценарий не покрывает зону kiss-n-cry, потому что невозможно прописать, предугадать, как откатают пары, как ребята будут себя чувствовать, в каком будут настроении. Кто-то заболел, кто-то расплакался, кто-то обиделся на оценки. Kiss-n-cry – это область человеческих эмоций. Там ребята могут высказаться. И от этого я отталкиваюсь. Все из области моментального реагирования.

- Вспомните какой-нибудь курьезный случай на съемках.

- Я упала на записи. Мы с Маратом подъезжали к точке записывать подводку и что-то очень весело обсуждали. Я расслабилась и шлепнулась на лед прямо в своей невообразимо короткой юбке. Не знаю, что там увидели операторы, но мы с Маратом хохотали долго, я даже встать не могла. Так и сидела на попе на холодном льду.

- Кому сложнее: артисту в роли ведущей на коньках или фигуристу в роли ведущей?

- Да, я не умею кататься. Но это не мешает мне вести шоу. И я не вижу особых сложностей у Иры. Она очень быстро ухватила тон, динамику шоу и секреты нашей профессии. Может, это оттого, что она получила профессиональное актерского образование и работает как актриса. Поэтому мы в равных условиях.

- Как вам работается в паре с Ирой? Кто в вашем дуэте лидер, а кто ведомый, и чему вы учитесь друг у друга?

- Мы равноправные партнеры и, наверное, неосознанно учим друг друга. Я не говорю ей, как держать микрофон, как посылать звук, - она сама все прекрасно видит и делает. Актерская природа – обезьянья. Что-то она у меня подсмотрит, что-то я у нее. Ира блистательная фигуристка, непосредственная, обаятельная. Она великолепна и как участница проекта, и как ведущая. Мне очень хорошо работать с ней, у нас замечательные отношения. Есть какие-то трогательные лично для меня моменты: она может принести мне шоколадку, если я голодная, или поддержит на льду, если вдруг покачнусь. Когда я не уверена в себе, она берет Заворотнюк за воротник и везет на точку. Я ей очень благодарна и наверняка через много лет буду вспоминать эту работу как подарок судьбы.

- Если вашей партнерше придется покинуть проект, с кем бы вы хотели поработать?

- Если вдруг сложится такая ситуация, правильно было бы работать с Маратом. Он очень хороший партнер, понимает твое настроение и откликается на него. Мы чувствовали интонации друг друга, и у нас сложился хороший дуэт.

- Какую роль на проекте вы бы еще хотели попробовать?

- Я так комфортно чувствую себя с микрофоном в руках, мне бы еще шпильки надеть – и вообще гонорара не надо (смеется). А если серьезно, то когда я только познакомилась с Петром и наши отношения стали развиваться, мне очень захотелось научиться кататься. Я даже начала пробовать, но вовремя остановилась. Кесарю – кесарево.

- Представители каких профессий должны быть в составе жюри, чтобы съемочный день запомнился надолго?

- Профессионалы в жюри у нас есть. Оценки Татьяны Анатольевны имеют под собой почву, ведь она отдала этому виду спорта жизнь. Но не менее ценна эмоциональная, субъективная оценка новых судей. Для меня был праздник, когда пришел Боярский. Он для всех нашел много теплых слов, всех поддержал. И такие люди нужны в жюри, чтобы вернуть участникам ту энергию, которую они потратили на создание номера.

- Что для вас как посредника между судьями, участниками, зрителями самое сложное?

- Согласно формату программы, ведущий на kiss-n-cry априори должен быть с парой, с которой разговаривает, и выражать их эмоции. Моя задача – защитить их от не всегда лестных комментариев жюри, которое нельзя назвать абсолютно объективным, ведь судьи тоже люди. А еще есть зрители, которые могут быть не согласны с судьями, могут топать ногами и свистеть. И мне надо проскользнуть между молотом и наковальней: услышать зрителей, уважить жюри, но показать им, что я остаюсь с парой.

- Кто из участников «Ледникового периода» за время проекта открылся вам с новой стороны?

- Меня удивил Илья Авербух. Помимо того, что он великолепный фигурист, он гениальный постановщик. А еще у него есть потрясающее человеческое качество – для каждого найти теплое слово. Он умеет мотивировать людей, вдохновлять их на этот тяжелейший труд.

- Вы бы хотели, чтобы ваш ребенок, когда вырастет, принимал участие в подобном шоу?

- Если мои дети достигнут таких успехов, что их пригласят на подобный проект, будет здорово. Согласятся или нет – уже не важно. Главное, чтобы им было хорошо.

- Если будет продолжение проекта, вы согласитесь снова быть его ведущей?

- Конечно, да. Для меня это большая честь и огромное удовольствие.

 

"LЁD" №12