Анастасия Заворотнюк в гостях у программы "Простые вопросы"

26 сентября 2012

 

Анастасия Заворотнюк • amur.info, 26 сентября 2012

Интервью с Анастасией Заворотнюк 23 сентября 2012г., в г.Благовещенске, сразу после окончания церемонии закрытия фестиваля кино и театра «Амурская осень».

Запись программы «Простые вопросы», т/к «Альфа-канал». Ведущий – Алексей Воскобойников.

- Добрый вечер! Сегодня выпуск будет ярким, как фейерверк. У нас в гостях лауреат премии «Золотой Остап», «Женщина года Glamour», «Золотая семёрка», лауреат премии «ТЭФИ», премии ФСБ и многих других – заслуженная артистка России Анастасия Заворотнюк. 

- Анастасия, здравствуйте! 

- Добрый вечер. 

- Очень-очень приятно видеть вас у нас в гостях! Эти цветы – для вас. 

- Спасибо. Очень красивый букет. 

- Я вас обрадовал цветами и не знаю, возможно, огорчу первым вопросом: как часто вам надоедают журналисты с вопросами о «Прекрасной няне»? 

- Вы знаете, почему же огорчите этим вопросом, разве можно огорчаться от того, с чего началась твоя какая-то успешная работа, карьера? Нет. Спрашивают часто, сейчас гораздо меньше, поскольку задают вопросы в основном по текущей работе, но меня это не расстраивает совсем. Поскольку действительно я этому моменту в своей жизни очень благодарна и с большой любовью вспоминаю всех людей, кто в самом начале моего пути стоял – Александра Ефимовича Роднянского, возглавлявшего на тот момент канал СТС, Александра Акопова, главу компании «А-Медиа», и режиссёра…

- И шикарных актёров, конечно же…

- Конечно! Всех абсолютно.

- Об огорчении я вас спросил не в плане, огорчает ли вас роль. Огорчают ли вас журналисты, которые задают одни и те же предсказуемые вопросы?

- Ну-у… (улыбается). – Поедемте дальше).

- Тогда, чтобы прекратить уже тему Виктории Прутковской, давайте сразу: один вопрос – и всё. Сегодня она вам: а)мешает; б)помогает; в)забылась без следа?

- Ну, совсем не забылась, конечно. Я не знаю, мы как-то с ней совместно живём и ладим (смеётся).

- В кино вы с самого начала вытянули счастливый билет – сыграли в экранизации Набокова «Машенька» и сразу с мэтром Яковлевым. Было страшно? 

- Нет, у меня с детства не было какого-то излишнего пиетета перед большими актёрами. Не знаю с чем это связано, но никогда от встреч с такими мэтрами у меня колени не тряслись. 

- К тому же какой-никакой опыт в театре был.

- Да. Было очень приятно, я всё время подглядываю – кто как играет, всегда было очень интересно. Собственно, и продолжаю этим заниматься (смеётся).

- Классика опять не влечёт к себе? Не хочется ещё что-нибудь сыграть? Не обязательно Набокова, что-нибудь ещё?

- Конечно! Но, понимаете, это такой разговор… сотрясание воздуха пустое: «а вот хотелось бы мне сыгрть это или то?».В принципе сейчас карьера всех актёров, думаю, не ошибусь, если скажу, что без исключения, строится от того спектра предложений, которые нам поступают. Если поступит предложение сыграть какую-то роль, например, набоковскую героиню или кого-нибудь у Льва Толстого, - буду рада, но это не значит, что я не радуюсь другим ролям. Порой бывают предложения, как прошлой осенью, мне посчастливилось сыграть в фильме «Охота на гауляйтера». Роль настолько интересная. 

- Это белорусско-российский проект, насколько я знаю

- Да, настолько интересен мне был сценарий, что я с нетерпением ждала первого съёмочного дня и каждую секунду радовалась и благодарила бога. 

- О чём этот фильм? О палаче белорусского народа - что-то такое? 

- Да. 

- Роль серьёзная, драматическая? 

- Роль серьёзная, роль драматическая. По прошествии многих лет, наверное, можно задавать более глубокие вопросы, более конкретно и детально подходить к ответам. Что такое война, что такое героизм, что является мотивацией для человека, который совершает тот или иной подвиг. Это – не шапкозакидательство и плакатный героизм. Цель – показать глубокую природу, что человеком движет в этот момент. И когда снимаешь один за одним пласты пыли, которые накладывает идеология и так далее, понимаешь, что ответы на эти вопросы гораздо сложнее, нежели мы можем сходу дать: «Мы – за родину, за Сталина!». Нет.

- Уже в этом телевизионном сезоне мы сможем увидеть премьеру?

- Надеюсь. Уже заканчивается работа над этим фильмом.

- Если говорить о широте спектра ваших ролей, мало кто знает, но в далёком девяносто первом году, когда нам показывали диснеевский сериал «Винни Пух и все, все, все», Кристофер Робин говорил вашим голосом. 

- Да, я училась в институте на тот момент и озвучивала этот мультфильм. 

- Ваши дети смотрели этот сериал, когда были маленькие? 

- Конечно, смотрели.

- Они узнавали вас или вы заранее им сознавались, что это вы? 

- Нет, не узнавали (смеётся). Им сложно было соединить, что Кристофер Робин и мама как-то между собой там пересекаются. 

- В этом году вы продолжили свой опыт озвучивания мультгероев и примерили на себя (по-моему, впервые) маску отрицательного персонажа. Что это за персонаж и что за история?

- Слушайте, ну, это будет такая история в 3D-формате, и все находятся в огромном творческом возбуждении. Непросто было, потому что я впервые озвучивала мультик, который ещё только БУДЕТ. Понимаете? Ты сперва создаёшь образ и только потом, отталкиваясь от этого, художники будут всё исполнять, рисовать и так далее.

- То есть, это не переозвучка? - Это именно ваша роль?

- Именно, да! Поэтому непросто. Посмотрим, получилось или нет.

- Нехорошего персонажа сложно играть? Или приятно, как актрисе?

- Нет, что вы, сложно, сложно...

- В театре вами сыграно немало ролей, вы работали в «Табакерке». Самой любимой вы называете одну из первых - Варенька из «Страстей по Бумбарашу». Чем она так близка? Почему самая первая? 

- Наверное, потому, что с этой ролью я пришла в театр и действительно она оставалась самой близкой моему сердцу. Тем более, что у меня были там замечательные партнёры, поскольку ставил этот спектакль Володя Машков, играла я вместе с Женей Мироновым и очень любила всегда этот спектакль. 

- Сегодня вы достаточно успешный человек, востребованы в кино. Сколько сценариев летит в мусорное ведро, прежде чем вы сделаете очередной выбор? 

- Достаточное количество. 

- Каких ролей уже точно не будет? 

- Не могу вам сказать. Я теряюсь, честно говоря, не знаю. 

- Ситкому вы помахали рукой? 

- Почему? 

- Или всё зависит от конкретного сценария, идеи? 

- Абсолютно, конечно. Насколько будет интересное предложение.

- В телеконкурсе «Две звезды», в дуэте с Михаилом Боярским, вы вышли в финал. Это был первый сезон ещё? 

- Да, мы заняли второе место. 

- Заняли второе место, но, если учесть, что победила Лариса Долина, то можно сказать, что это успех несомненный. 

- Конечно-конечно. 

- Сложно было конкурировать с самой Долиной? 

- Слушайте, это было невозможно – конкурировать с самой Долиной! Причём, мы все, естественно, поём там вживую. Поскольку были сложности, программа писалась глубокой ночью, то конечно, за ночь записать три программы – это было достаточно тяжело. И я могу рассказать про конфузный такой случай. Подготовка шла в очень напряжённый момент, очень много было съёмок, и я, прилетев буквально на какой-то короткий промежуток времени, решила, не знаю, какая меня муха укусила в тот момент, но я решила спеть песню, которую очень много раз исполняла Лариса Долина - «Всегда быть рядом не могут люди». 

- «31 июня»? 

- Да-да-да: сначала её пела Анцыферова. Но что меня подтолкнуло, чтобы перед исполнением, когда я репетировала, слушать именно партию Ларисы…

- А партия-то сложная, коварная!..

- Она невероятно сложная! Причём, Лариса Долина – обладательница самого широкого диапазона в нашей стране и уникальных вокальных данных. Она пела эту партию достаточно горячо и сразу ярко голосово брала.

И когда я её пела в душе (смеётся), мне казалось, что ничего, и, может быть, прокатит. Но когда я вышла на сцену, я помню этот взгляд Ларисы – «Иди-иди, деточка». Я поняла, что просто теряю сознание. Я стою и думаю, лишь бы сейчас Цекало поближе подошёл, глядишь, я за плечико ухвачусь и не упаду со сцены. На самом деле, когда мы не хором с Ларисой – когда она на диске поёт, а я – вживую, там, где-то дома – в общем, понимаешь, что каждый должен заниматься своим делом. 

- Ну, у вас был такой партнёр, такая поддержка. 

- Да, конечно. 

- Когда Михаил Сергеевич на вас смотрел, в нём просыпались снова тысяча чертей, и было слышно, как скрипит его старое потёртое седло. 

- Они в нём никогда не засыпают. Михаил Сергеевич – это джентльмен, удивительный, конечно, человек. 

- До мозга костей. 

- Удивительной совершенно судьбы и всегда к нему испытываю глубочайшее уважение и восхищение. 

- Песни вы с ним коллегиально подбирали или каждый приносил идеи, и потом выбирали?

- Мы вместе приносили идеи, мы выбирали. Но могу ещё раз сказать, что Михал-Сергеич всегда вёл себя как джентльмен, и если мне что-то нравилось (и очень нравилось), он говорил: «Всё, пожалуйста. Нравится, тебе, значит, решено».

- Завистники там, на проекте, не одолевали: «У-у, мы лучше были! Как это им давали такие оценки?!..»?

- Нет, на проекте были замечательные со всеми отношения, просто чудесная была атмосфера. При том, что всем было достаточно тяжело.

- О славе и детях. Как ваша дочь Анна ни отбояривалась от славы, всё-таки пошла по стопам мамы: съёмки в сериале «Закрытая школа», ведение программы о жизни звёзд и много чего другого. Сын Майкл дебютирует в фильме «Мамы». Вирус популярности настолько силён?

- Нет, это не вирус популярности, вот поверьте. Вирус популярности вызывает у них только негативные эмоции. Это, наверное, возможность заниматься интересным делом. Поверьте, потому что мои дети даже в какой-то момент подписывали со мной контракт. Мы, говорят, решили подписать с тобой контракт, что мы не будем давать интервью, мы этого не хотим. Не хотим сниматься для журналов, нам не хочется, чтобы ты про нас говорила и так далее. Был такой момент. Они очень дистанцированы от этого. И друзей в школе они выбирают по такому принципу: если я тебе интересен, значит, мы общаемся. Первые два вопроса про маму – мы закрываем разговор и идём в другую сторону. Они это очень чётко различают и умеют в этом смысле ставить границы, я их за это очень уважаю. А то, что им хочется заниматься этим делом... Они видят, как порой это бывает сложно, это да. Но они видят также, что я живу очень интересной жизнью, и они видят, что я это дело очень люблю, и это – любовь всей жизни. С раннего детства ты этим заболеваешь. Но заболеваешь не славой. Те, кто заболевает славой – это забег на короткую дистанцию: одна песня – кумир – «ла-ла-ла» - и всё.

- Ну, так реагируют люди, на которых это свалилось из ниоткуда, люди, которые никогда прежде этим не жили…

- А это всегда сваливается из ниоткуда. На меня слава свалилась после двенадцати лет работы в театре.

- Так вы вообще из творческой семьи, начнём с этого. У вас мама – народная артистка России, папа – телережиссёр.

- Быть актрисой и быть знаменитой актрисой – это разные позиции. Эта профессия жестока тем, что если ты, будучи даже замечательным, очень талантливым актёром, очень крепким театральным актёром, везущим не себе репертуар, не являешься для всех узнаваемым лицом на улице, то считается, что ты – неудачник.

- А «быть знаменитым – некрасиво», как поэт сказал? Это актуально сегодня?

- Это поэт сказал, у него и спросите.

- Это его частное мнение?

- Красивый - не красивый… Это софистика. Мы, конечно, можем об этом с вами поговорить... Я не думаю о том, что красиво, что не красиво. Я просто очень люблю свою работу. Так случилось, что пришла какая-то популярность…

- …с другой стороны, быть знаменитым для поэта – это одно, а для артиста – другое.

- Узнаваемость? Ну и пускай, и что же? Она имеет и негативные стороны, и позитивные. Потомы что ты тоже обладаешь некоторыми возможностями делать хорошее.

- Вы очень много работаете, одна съёмка перетекает в другую, разъезды, перелёты. Казалось бы, должно всё это выматывать катастрофически. Как вам удаётся оставаться такой же красавицей, как и двадцать лет назад? Сейчас не льщу абсолютно. 

- Скажите это ещё раз. 

- Как удаётся оставаться такой красавицей? 

- Слышал, Петя? 

- Пётр здесь присутствует, супруг Анастасии, он подтвердит каждое моё слово, он тоже так считает. 

- Хочется, конечно, сказать: «Ой, вы знаете, ничего мне это не стоит, вот такая я от природы». На самом деле я очень серьёзно отношусь к своей внешности, очень за собой слежу: хожу к косметологам. Это правда, честно вам рассказываю, как на работу, раз в неделю ты должен обязательно посещать косметолога, чтобы были маски, уход и внимание. Лицо и тело должны находиться в постоянном уходе. 

- Но ведь без гармонии внутренней гармонии внешней не достичь ни за что. Как при этом бешеном темпе работы оставаться энергичной? 

- Любовь. 

- Если есть в жизни любовь? 

- Да, любовь к делу. Прекрасно. Тогда тебе оно даётся, даже если требует немыслимых усилий. Всё равно ты это любишь. Ты приходишь домой, рядом с тобой любимый человек и не нужно прилагать усилия, чтобы сказать: «Здравствуй, как твои дела?», рассказать про свои дела и так далее. Ой, сейчас меня поцелует, что мне с этим делать? Да, тебя тянет домой. 

- Просто хорошо вместе помолчать. 

- Не важно, что! Главное, чтобы вместе было комфортно. И, конечно же, дети. Дети – это основа всей моей жизни. Всё целиком!

- Я вам сейчас закину маленькую информацию к размышлению, а вы попробуете сделать вывод из этого. 

- Закиньте. 

- Два года назад на фестиваль «Амурская осень» приехали актриса Екатерина Стриженова и фигурист Алексей Тихонов. Они пошли на смелый эксперимент – привезли спектакль «На двоих», приняли участие в конкурсе. Тихонов получил специальный приз оргкомитета как артист, Стриженова получила приз за лучшую женскую роль. Чувствуете, к чему я клоню? 

- Чувствую. 

- Что, если бы вам с Петром не побояться… 

- Вот мы выходили, как-то всё так хорошо и замечательно, и Петя говорит: «Почему бы нам с тобой в спектакле не сыграть?». 

- То есть он уже думал об этом? 

- Я отбиваюсь. Поступают разнообразные предложения, и, не скрою, порой очень интересные и заманчивые. Честно вам скажу, настолько напряжённый график съёмочный, что у нас просто нет времени. Плюс, театральная жизнь она требует определённого своего графика. 

- Конечно. 

- То есть пять-семь раз минимально в месяц ты должен играть в спектакле. А где эти дни взять? И у Пети большая нагрузка, потому что он открыл школу фигурного катания в Санкт-Петербурге: обучает и деток, и взрослых по американской системе. Это, естественно, новое дело, которое требует и усилий, и времени. Участвует в разных шоу, я снимаюсь. Поэтому вот такая сложность.

- Ну, если что чисто теоретически имейте для себя в виду, где-то там, на задворках памяти, на блокнотике, запишите, что вас тут любят, вас тут ждут, вам тут рады…

- Что ж это я на задворках буду писать? Я это запомню! (смеётся).

- Договорились! Запишите себе крупно! Зал будет полон стопроцентно, я вам гарантирую.

- Хорошо, спасибо.

- О мечтах. Я слышал, вы мечтаете стать космическим туристом, это правда? Я читал, вы сказали «если бы была возможность, я бы полетела».

(Смеётся): - Такого обо мне ещё не писали! Или писали?..

- Я это читал в качестве вашей прямой речи!

- Да ладно! Я знаете, порой какую свою прямую речь читаю! Всему не верьте, даже когда прямая речь.

- Нет, я не верю, потому и спрашиваю, правда ли это.

- Космический туризм?.. Интересно, да, почему бы, собственно говоря и нет?

- Если будет возможность – согласитесь?

- Вы знаете, я очень люблю экстрим. Например, сейчас с большим удовольствием занимаюсь дайвингом. Мы с Петром уже несколько лет ездим по разным местам, погружаемся. Огромное удовольствие, когда ты выключаешься из этого пласта жизни…

- Так вы и Майкла подсадили на эти погружения?

- И Майкла, да!

- Вы за него не боитесь?

- Почему же? Он всегда рядом. И он спокойней даже, чем мы. Мы так за него переживали – как там ему будет, а он замечательно погрузился. Ну, детям это, может, даже и легче даётся…

- Я почему про космос спрашиваю, дело в том, что у нас тут неподалёку строят космодром. 

- Мы приедем. 

- Ещё один повод заманить вас к нам в гости в Приамурье. 

- Хорошо, как только начнётся… 

- Не с антрепризой, так с космосом. 

- С большим удовольствием. 

- Если что – приедете? 

- Не вопрос. 

- Будем ждать с удовольствием. Друзья, в гостях у «Простых вопросов» была Анастасия Заворотнюк – как всегда, эффектная, яркая, незабываемая, прекрасная, чудесная, великолепная.

- Вопросы у вас были непростые (смеётся). Ну и ладно, и пускай. Вам спасибо большое.

- Вам спасибо – за откровенные и искренние ответы. Пётр, спасибо вам за терпение)).

(подходит Пётр Чернышёв):
ПЧ: - Я тут хотел прояснить вопросик. Как же ты выносишь этот сумасшедший график?..

- Вы хотите сказать, что Анастасия не выносит сумасшедший график?

ПЧ: - Нет, просто хотелось послушать, за счёт чего.

Анастасия: - За счёт тебя. За твой счёт я все выношу! (смеётся).

ПЧ: - Я не услышал, как это твоя красота в течение 20 лет осталась в нетронутом виде?

- Я не совсем так спросил. Я спросил, как удаётся сохранять в себе всё это время внутреннюю и внешнюю красоту?

ПЧ (выжидающе): - Ну?..

Анастасия: - А я ответила, ты просто болтал там с кем-то, а мы здесь прекрасно поговорили.

ПЧ: Нет, ну всё-таки.

Анастасия: - Я тебе дома расскажу. Всё. Всё, что ты хочешь (смеётся). Можешь мне задавать на эту тему любые вопросы. Последние 5 лет ты об этом заботишься.

Анастасия обращает внимание на шоколадный кексик в форме сердечка, который к кофе ей принёс Пётр:
- Вот видите, я смотрю на это, любуюсь, нюхаю, а есть – понимаю, что…

ПЧ: - Понимаешь, это специально выпекли вот в такой форме, специально для тебя.

Анастасия: - Специально для меня. Хорошо, я съем. Потом. В номере.

- Вы искушаете супругу: вы хотите, чтобы она стала сердцеедом)) Зачем вам супруга-сердцеед?

ПЧ: - Боюсь, что это уже пройденный этап, сердцеедом она стала давно.

Анастасия: - Я на тренерской работе уже! (все смеются).

Анастасия: - Я к чему: я к тому, что после вот этих вот угощений мне Пётр каждый раз говорит: надо пойти в спортзал. Убеждает меня: ешь, что хочешь, а теперь пойдём в спортзал. А я считаю, что лучший спорт – это массаж.

- На коньки супруг не может поставить?

Анастасия: - На коньки не может меня никто поставить. Он меня однажды поставил, я постояла…

- Да, мы смотрели эти танцы на льду, когда Башаров вот с такими глазами широченными думал: только бы она не упала. Где-то там за кадром Анастасию разгоняли, отпускали и на счёт «три» начинали снимать, как будто она сама едет)) (все смеются).


Далее был ещё разговор о тренерской работе Петра, но камеру к тому моменту уже выключили.

amur.info